В обычное время, взявши с собой свисток и плетку, ведите вашего ученика, как и всегда, на кормежку, где он привык обедать с самого раннего его детства. Послушно идет за ногой ваш питомец, не смея выдвинуться вперед. Ему очень кушать хочется; но что же поделаешь: приходится подчиняться беспрекословно вашей воле. Он знает, что посмей он только на одну секунду в чем-либо не послушаться вас, и ему придется тогда долго еще ждать вкусного корма, и он, как на пружинах, медленно выступает за вами.

Вот вы вместе с следующим за вами вашим учеником вошли в комнату, где стоит приготовленный ему корм. «Вперед!» — приказали вы ему и сами останавливаетесь, как всегда, при входе в комнату. Медленно, точно подкрадываясь, ваш ученик начинает приближаться к корму, то и дело искоса поглядывая на вас. Вот он уже почти что около корма и, не слыша от вас до сих пор обычного в этом случае приказания, не видя даже, чтобы вы, как всегда, подняли руку, он сам невольно приостанавливается у самого корма и пытливо, как бы спрашиваясь: «что же ты медлишь?» глядит на вас.

В этот момент вы поднимаете руку, т. е. поступаете так, как вы приучили раньше вашего ученика. Вы еще только начали поднимать вверх вашу руку, как уже он, приученный к этому приему в совершенстве, моментально, точно падая, ложится на пол. Дайте ему полежать достаточно времени, но не дольше, чем вы заставляли его делать это раньше. Он лежит напряженно, то и дело взглядывая на вас и каждую секунду ожидая вашего разрешения приняться за вкусный обед.

Представьте же себе удивление вашего воспитанника, когда он, вместо обычного вашего разрешения приступить к обеду, которого он давно уже ждет с таким нетерпением, вдруг услышит ваш призывный, громкий свисток. Он отлично, не задерживаясь ни на секунду, всегда шел раньше на ваш свисток; но теперь совершенно другое дело: теперь свист этот призывный он слышит впервые при таких обстоятельствах, при каких он раньше никогда не слыхал его. Вы заметите некоторое колебание, нерешительность в вашем ученике: он и сам еще не может разобраться окончательно, как ему поступить в данном случае; с одной стороны, он привык уже к тому, что обыкновенно, после этого обычного уже для него лежания над кормом, вы ему всегда разрешали утолить свой голод, с другой же стороны, он отлично знает, что раз вы свистнули, он безусловно должен повиноваться вашему призыву и немедленно итти к вам.

Поверьте, что ваш ученик, на воспитание и обучение которого вы потратили столько труда и времени, которого вы так любите и за которым так ухаживаете, всегда вернется к вам, услышав ваш свист. В редком случае, услышавши этот знакомый призывный свисток, он посмеет только чуть-чуть посунуться к корму и потребует от вас вторичного призыва. Обыкновенно же бывает так, что он встанет на ноги и подбежит к вам. Приласкайте его, дайте ему какой-нибудь лакомый кусочек и на первый раз разрешите ему, даже не укладывая его больше, прямо приступить к обеду. Дальше, когда этот отзыв на свисток от корма и посыл обратно достаточно укоренятся в вашем ученике, можете проделать это и не один раз, а несколько, то отзывая его от корма свистком, то снова посылая его к нему и укладывая каждый раз около.

Проделывайте почаще то же самое во время ваших прогулок со своим воспитанником в поле над разбросанными вами лакомыми кусочками, и вы скоро достигнете со стороны вашего ученика полного совершенства в исполнении этого приема дрессировки.