Теперь перехожу к тому, что считаю самым главным во всем курсе обучения молодой собаки, а именно, к натаске по дичи.

Здесь во время натаски по дичи вам мало чему придется учить уже подготовленную к ней вполне молодую собаку; здесь надо только следить за ней, не переставая, необходимо не пропускать без внимания ни одного неверного ее шага и всеми силами стараться развить в лучшую сторону чудные природные достоинства вашего воспитанника.

Никогда не забывайте, что один неверный шаг ваш в деле натаски подружейной собаки может надолго, если не навсегда, окончательно испортить ее; а поэтому и следите за ней, следите, не переставая, ни в каком случае не пропуская 6ез внимания ничего вами нежелаемого, ни одной даже самой незначительной ошибки вашего питомца.

Лучшим временем для натаски собаки я считаю время с конца мая и до половины июля месяца (новый ст.). Прежде всего в это время нет никакой охоты, и оно является совершенно свободным для охотника; мало того, это время еще важно и в том отношении, что, натаскивая вашего ученика, вы не рискуете встретиться на выбранном вами для натаски месте с каким-либо охотником, который, мало того, что перебьет и разгонит разысканную вами зачастую с большим трудом дичь, но еще своими выстрелами будет развлекать и волновать вашу молодую, пока еще совершенно неопытную собаку.

Натаскивать собаку обязательно нужно одному. Ваш питомец вырос у вас на руках, привык уже к вам, привык к вашей дрессировке, полюбил вас, знает вас только одного, и всякий посторонний человек, хотя бы и находящийся вдали от него, будет так или иначе развлекать его и мешать ему всецело отдаться наслаждению первого поля и сознательно работать здесь. В крайнем случае, иногда приходится брать с собой помощника, когда надо исправить какой-либо недостаток у вашей молодой собаки, и вы сознаете, что вам не справиться с ней одному, но это случается очень редко и, повторяю, только в крайнем случае.

Лишь только трава на болоте поднялась на столько, что птица свободно может спрятаться в ней, как начинается лучшее время для натаски молодой собаки. Это бывает в разное время, то раньше, то позже, смотря по местности где вы живете; по обыкновению в конце мая почти повсеместно трава на лугах и болотинах вырастает уже настолько, что птица начинает прятаться и высиживать молодых, а значит вы и можете смело приступить к натаске вашей молодой собаки.

Лучшей птицей для натаски молодой собаки бесспорно надо признать дупеля, Эта дичь не отбегает далеко, заслышавши ведущую по ней собаку и шаги человека, очень скоро затаивается где-ли6о под кочкой, дает на своем следу достаточно запаха и, затаившись сидит настолько крепко, что всегда, даже совершенно неопытная собака, причуявшая ее, в очень редких случаях может стронуть прежде, чем остановится над ней на стойке. Мало того, дупель живет и кормится, в большинстве, по потным луговинам и нетопким, маловодным болотинам, лишь кое-где поросшим небольшими кустиками, т. — е., почти на совершенно открытых местах, где вы, не спуская глаз, можете всегда удобно следить за работой вашего ученика; да и самая ходьба за розыском этой дичи по такому месту как для вас, так и для вашего ученика, не может представлять из себя ничего затруднительного.

Раз в местности, где вы живете, найдется хотя только пара, другая дупелей, послушайтесь моего совета и натаскивайте вашего воспитанника по ним именно, а не по какой-либо другой дичи, и вы никогда в том не раскаетесь.

Большое количество дичи скорей даже принесет вред, нежели пользу, при первоначальной натаске вашего ученика: вполне достаточно, если в известном районе у вас есть два-три пары дупелей. Ведь дупель никуда не улетит, а только, согнанный, будет перемещаться с места на место. По такому количеству дупелей ваш ученик всегда с успехом в один урок может проделать от десятка до двух стоек, а это вполне достаточно на первое время. Совершенно другое дело, когда он уже начнет работать более или менее хорошо; тогда всеми силами старайтесь показать ему побольше дичи; это необходимо ему для практики, для возможно лучшей постановки его в работе.

Там, где дупеля совершенно отсутствуют, можно начать натаску молодой собаки и по перепелам. Это следующая птица после дупеля, по которой, за полным отсутствием последнего, можно с успехом начать натаску молодой собаки. Перепелка не дупель: она хотя и сидит крепко и вполне выдерживает стойку, но, живя на совершенно сухом место (иногда с весны держится и по лугам), дает меньше запаху, нежели дупель, и бежит очень быстро и далеко сравнительно. Там, где перепела в начале лета держатся по луговым местам, все-таки лучше и легче натаскивать по ним вашего ученика. Попробуйте повести вашего воспитанника по перепелам сначала по лугу, а потом по степи, и вы увидите, что в первом случае он гораздо лучше будет слышать эту дичь, нежели во втором. Присутствие влажности в почве, где работает ваша молодая собака, имеет громадное значение для ее чутья, да и для самой работы. Как хотите, а ей много легче работать там, где поблизости есть вода: она и напиться всегда может, да и искупается в случае сильного жара, столь обычного у нас в половине июня и в июле месяце.

Быть может со мной и не согласятся многие охотники, но я никогда не позволю себе натаскивать мою молодую собаку по лесной дичи, не натаскавши ее предварительно по болоту. Мое мнение, которое я считаю за неоспоримую истину, то, что подружейная собака, натасканная сначала по болоту, всегда более или менее хорошо пойдет по лесной дичи, и совершенно наоборот, большинство собак, за редкими исключениями, натасканные по лесной дичи, или совсем не идут по болоту или идут из рук вон плохо. Чем объяснить это явление, я не знаю, но ручаюсь вам, что это так.

Не мало приходилось мне в жизни мучиться с собаками, натасканными исключительно по лесной дичи, прежде чем я мог принудить их, хотя мало-мальски сносно, итти по дупелям и бекасам. Сначала я думал, что здесь на собаку, на ее желание работать по болоту, а если и работать, то далеко не охотно, имеет большое значение присутствие воды; но теперь я окончательно убедился, что я жестоко ошибался в этом случае: все такие собаки более чем охотно идут по воде в жаркое время, но все-таки из рук вон плохо работают по болотной дичи. Так что я до сих пор еще не знаю хотя какого-нибудь подходящего объяснения этого явления.

Совершенно другое дело, если наша собака натаскана по болоту сначала. В этом случае вы смело можете вести ее в лес и быть вполне уверенным, что если она сразу и не пойдет так хорошо по лесной дичи, как уже идет по болотной, то все-таки поедет, пойдет также страстно, с тем же желанием и энергией будет разыскивать лесную дичь, как и болотную, и вам останется только постараться направлять ее работу в лучшую сторону, усовершенствовать ее, чтобы получить подруженную собаку, одинаково превосходно работающую как по болотной, так и по лесной дичи.

Что касается меня, то я признаю натаску молодой собаки только без ружья. Я никогда не позволю себе взять и руки ружье до тех пор, пока моя собака не будет совершено натаскана, пока я не буду уверен, что она ничего не может сделать против моего желания. Много роскошных охот потерял я в своей жизни, натаскивая моих молодых собак и не рискуя стрелять из-под них до полной и возможно совершенной их постановки: но я нисколько не каюсь в этом: я всегда с лихвой вознаграждал себя впоследствии и охотился с такими чудными подружейными работниками, подобных которым от души желаю иметь всем истым охотникам.

Согласитесь сами, что трудно делать два дела зараз. А не приходится ли вам делать это раз вы и натаскиваете собаку и стреляете из-под нее в то же время. Прежде всего я не заведенная машина, а такой же страстный и увлекающийся человек, как и всякий другой истый охотник; для меня так же, как и для него, дорог звук вылета дупеля, дорог выстрел по нему, и я невольно могу увлечься, хотя бы и на одну минуту, и весь упоенный охотой могу забыть, упустить из виду работу моей молодой собаки. Для чего же я буду делать это, для чего я сознательно буду портить своего лучшего друга и первого помощника в той моей страсти, в той моей безграничной любви к природе и охоте, выше которой я ничего не знаю!… Мало того, при натаске без ружья и мой ученик меньше развлекается и увлекается в то же время. Ведь как хотите, а собаке, да еще молодой, неопытной к тому же, более чем интересно обнюхать, рассмотреть поближе убитую вами дичь, ту самую дичь, к которой только что она вела так страстно, которая составляет главный объект всех ее желаний в настоящую минуту. Нет, никто, по-моему, не может поручиться за себя, никто, раз он истый, страстный охотник, не рискнет сказать, что он не может увлечься охотой; а потому оставим пока наше любимое ружье дома и поведем в натаску нашего воспитанника без него. Поверьте мне, что в этом случае не долго залежится ваше ружье дома, и что ему скоро придется работать и работать немало!

Некоторые, по преимуществу старые охотники, натаскивают своих молодых собак вместе со старыми. Бесспорно, что в этом случае ваша молодая собака пойдет много скорей, скорей примется за работу, видя постепенно перед глазами опытного учителя или учительницу; но надо помнить только одно то, что как бы ни был хорош преподаватель, ваша молодая собака будет в то же время фотографически верно копировать и все его достоинства и все недостатки.

Я совершенно не признаю такой натаски; не признаю уже по одному тому, что я еще не знаю, что мне можно ожидать от моего ученика. Быть может он обнаружит такие выдающиеся, одному ему присущие достоинства, которые очень и очень редки у большинства подружейных собак. Зачем же я буду в корне губить эти достоинства, зачем же я буду стараться получить точную копию с моей старой, хотя бы и очень хорошей, подружейной собаки? Мало того, но всякая самостоятельная работа, всякие проблески молодого, хотя бы хотя бы еще не вполне расцветшего, развившегося таланта, по-моему, всегда выше даже самой безукоризненной копии.

Считаю далеко не лишним в этом маленьком моем введении к натаске сказать, что суки вообще раньше развиваются, чем кобели, а значит и раньше принимаются за работу, чем последние. Начинать натаску кобеля раньше года я считаю преждевременным; суку же позволяю себе начинать натаскивать даже с девяти — десятимесячного возраста, раз она у меня окончательно к этому подготовлена.

Всю натаску подружейной собаки, как и ее дрессировку, я попробую разбить на отделы и постараюсь каждый из них описать возможно подробней. Этих отделов натаски подружейной собаки немного, вот они: приискание болота, подходящего для натаски, и первый выход в поле; потяжка, стойка и подводка; падение собаки при вылете дичи и при выстреле и укладывание на стойке и отзыв от нее.